Не подкачали

Увеличить

В прошлую среду состоялась инаугурация нового главы НГО. Конкурс на замещение этой должности позади. Как он проходил и что показал? На эти вопросы отвечает мой собеседник, один из его участников, Максим Сергеев.

– Максим Григорьевич, первый и, наверное, главный вопрос: зачем вам это было нужно – в условиях полнейшей предсказуемости результата?

– Нужно. Во-первых, чтобы заявить о своей готовности. Чтобы люди знали, что я считаю себя способным занять эту должность. Во-вторых, конкурс – неплохая площадка для привлечения внимания к своим идеям и мыслям. Многие меня не понимали. Одни считали наивным и неосведомленным. Другие, наоборот, полагали, что я знаю то, чего не знают другие. Кто-то кривился, мол, участвовать в «цирке с конями» унизительно. А кто-то упрекал в том, что своим участием я, будучи человеком внесистемным, легитимизирую нелегитимную процедуру, придавая ей ореол естественности и демократичности. Ни с кем из них я не спорил – отсылал к первому абзацу своего ответа.

– В итогах конкурса с самого начала никто не сомневался. Кому понадобилась такая предопределенность?

– Прогнозированию итогов политических процессов государство предпочитает их планирование. Лишение нас выборов первого лица города – очередное тому подтверждение. Сделано это было с единственной целью – обеспечения гарантированных поставок в муниципалитеты людей надежных, проверенных, предсказуемых.

– Одно дело предполагать и совсем другое – иметь доказательства такого «заказа»? Они у вас есть?

– Письменных нет. Однако то, как развивалась ситуация, не оставляет ни малейших сомнений в том, что это очередная «ролевая игра». Судите сами.

Первое – разворот событий. За неделю до назначения исполняющего полномочия главы НГО в Красный дом возвращается Владимир Цветов (в свой прежний кабинет на должность заместителя по стратегическому развитию и инвестициям). Аккурат в то же самое время первый заместитель Вадим Хатипов уходит на больничный, тогда как по общему правилу именно он должен исполнять полномочия главы. А два месяца работы в кресле мэра были призваны логично обеспечить его обладателю дальнейшее занятие этой должности – уже на постоянной основе.

Второе – вразумления. До меня ценные указания доносили трижды. В одном из кабинетов даже показали, как напротив моей фамилии в общем списке ставится галочка – отметка о факте проведенной беседы.

Ну и третье – новоуральский истеблишмент. Вот уж кто никогда не подведет. Кому и объяснять, в общем, ничего не нужно. Чья реакция не оставляет ни малейших сомнений, и одной ее вполне достаточно, чтобы сориентироваться в розе политических ветров. Отдельные моменты даже напомнили Евгения Шварца: «Вы знаете, что я старик честный, старик прямой. Я прямо говорю правду в глаза, даже если она неприятна… Позвольте мне сказать вам прямо, грубо, по-стариковски: вы великий человек!». Кстати, надо отдать должное В. Цветову: знаки внимания он воспринимал достаточно спокойно.

– Но почему выбор пал на неизвестного в городе человека? Своих подходящих не нашлось?

– На самом деле стаж работы в Новоуральске у него есть. Тем удивительнее, что за это время он так и остался «неизвестным в городе человеком». Возможно, дело в его замкнутости и непубличности. Возможно – в отсутствии ярких дел. И то, и другое странно при его должности. Именно это обстоятельство и заставляло меня воздерживаться при голосовании за его кандидатуру оба раза: при назначении исполняющим полномочия и при окончательном утверждении на должность. Я искренне допускаю, что В. Цветов достойный человек, обладающий необходимым набором профессиональных и личных качеств. Но – я его не знаю. Тем не менее – своих подходящих не нашлось. А ведь, насколько я помню, в городах Росатома живут самые умные, профессиональные и талантливые люди. Но, похоже, из-за Садового кольца, помноженного на новоуральский забор, это не особо заметно.

Вообще, подобную релокацию (кадровый импорт) принято объяснять незамыленностью взгляда и отсутствием коррупционных связей у человека извне. Тем более, когда за городом, увязшем в скандалах и схемах, глаз да глаз нужен. Однако, как показывает опыт, дело не в этом. Зачастую варяг заводится на округ под определенные задачи. О которых мы можем только догадываться. И в интересах, которые запросто могут не совпадать с нашими. Ситуация здорово напоминает внешнее управление, которое вводится при процедуре банкротства. Вот только банкротства Новоуральска, при всех его проблемах, я решительно не наблюдаю.

– Прямые выборы отменили. И раз уж мы заговорили о публичности, то насколько она необходима в подобных условиях? Может, излишняя публичность как раз и задает ложные ориентиры?

– Отменив прямые выборы, государство продемонстрировало не только недоверие к своим гражданам, но и отсутствие потребности во взаимном доверии. Объясняю я это элементарной боязнью перед народом. Все аргументы типа «ну, они там себе понавыбирают!» критики не выдерживают. Потому что если и «понавыбирают», то под свою ответственность – мы ведь хотим, чтобы и от нас что-то зависело. А вот этого-то власть как раз и не хочет. Умению же отделять зерна от плевел надобно учиться. Причем, запасясь немалым терпением. Важно понять простую вещь: если ребенок не умеет в год ходить, в два говорить, а в пять читать, это вовсе не значит, что он и не должен этому учиться. Согласен, в условиях поприжатой демократии публичность, действительно, уже не так и важна. С политтехнологических позиций. Но. Узнаваемость, умение и готовность общаться с людьми, вызывать у них доверие… Все это, с точки зрения легитимности системы, продолжает играть исключительную роль. 

Что до ложных ориентиров, то, конечно, публичность их задает. Отчасти. Отсюда и популизм, столь любимый всеми политиками, от мала до велика. Однако ложные ориентиры возникают и в противоположных – подковерных – условиях. Скажем, угодить желанию начальства – ориентир чрезвычайно распространенный и довольно обманчивый.

– Конкурс закрытый: сначала фильтрует комиссия, потом назначает Дума. Что означает ваша инициатива, связанная с прямым эфиром для кандидатов и дебатами между ними? Пиар? Провокация?

– Я обратился к членам комиссии и участникам конкурса с предложением изложить свои взгляды на развитие округа в прямом эфире в присутствии друг друга; при этом каждый мог бы задать выступающему свои вопросы. Чуть позже я усилил инициативу двумя дополнениями: участием зрительской аудитории и независимостью от разрешения конкурсной комиссии. Мотивы просты: по-возможности вовлечь жителей в процесс, позволив им более подробно познакомиться с каждым из кандидатов, и предоставить участникам конкурса дополнительную возможность для озвучивания своих взглядов на развитие округа. Поэтому пиар здесь, безусловно, присутствует. Но не как самоцель, а как средство – вывести сие действо из тени в свет. А вот насчет провокации – мимо. Понимаю, что на фоне гневных писем и недовольств в адрес фаворита мое предложение могло показаться провокационным. Но лично мне это было точно не интересно. Да и, никак не повлияв на итоги конкурса, оно срикошетило бы уже на меня.

– И какова была реакция на ваше Обращение?

– Ожидаемая. Аверьянов его сразу поддержал. Самофеев никак не отреагировал. А Цветов отказался – на том основании, что соответствующим Положением такая активность прямо не предусмотрена. Что касается конкурсной комиссии, то ее отказ, помимо отсылки к Положению, был подкреплен следующим доводом: «предоставление возможности кандидатам и иным лицам задавать вопросы кандидатам на должность Главы НГО расширяет список лиц, имеющих право участвовать в оценке кандидатов, что недопустимо, поскольку оценка их профессиональных и личностных качеств является полномочием конкурсной комиссии». Вы только вдумайтесь: сама возможность оценки участников конкурса и формирования о них мнения – недопустима для горожан! Показательный ответ. Наводящий на размышления.

– Чем вам запомнились выступления?

– Этап публичных докладов жители имели возможность увидеть и по телевизору, и в интернете. Поэтому – кратко. Обратила на себя внимание манера изложения: кто-то монотонно читал, кто-то эмоционально рассказывал, кто-то сочетал первое со вторым. Характерной оказалась и расстановка акцентов: одни стремились отразить весь спектр городских проблем, другие сосредоточились на отдельных его язвах. Третьи – сочетали.

Вишенкой на торте стало решение комиссии вызывать в зал докладчиков по одному – дабы они не могли подслушивать и воровать друг у друга идеи спасения округа. А буквально перед этим сама же комиссия разрешила присутствующим вести запись. Так что происходящее в режиме online могло видеть в интернете все новоуральское человечество. Не исключая кандидатов.

– Забавно. А что можете сказать о закрытой части конкурса?

– Этап закрытых собеседований – отдельная песня. Расскажу о своей. Приятно удивило то обстоятельство, что мой пятистраничный доклад члены комиссии, при всей их занятости, таки прочли (кто-то аж дважды). Меня довольно подробно спрашивали за экономику города, малый и средний бизнес, рабочую силу. Не знаю, насколько я сумел увлечь своими рассуждениями собеседников, но мне разговор понравился. И содержательно, и атмосферно. Не испортил обедни даже его политический блок. Хотя, как выяснилось позже, политикой интересовались только у меня. Приятно.

Вопросы о том, как я отношусь к присоединению Крыма и к ситуации на Донбассе, мне уже задавались два года назад – на аналогичном собеседовании во время предыдущего конкурса. Поэтому к подобному я был готов. Однако смутило дежавю, возникшее от такого незатейливого повтора. Но – подбор вопросов имел, видимо, тестовый характер и был призван выявить мою общую благонадежность. Не утомляя комиссию подробностями (аншлюс, блицкриг, цугцванг…), я постарался ответить искренне, но корректно. Без фамилий и междометий. Были еще вопросы о наших вынужденных действиях в Сирии и об агрессивной политике НАТО. И уже в завершение спросили, нахожу ли я в нашей государственной политике за последние 10 лет хоть что-то хорошее. Организм не подвел: «Мы сумели не поссориться с Китаем».

– Комиссия пропустила двоих: Владимира Цветова и Алексея Самофеева. Вас – нет. Ожидаемо это было? Не обидно ли?

– Ожидаемо. Не обидно. Хотя комиссия могла пойти по «мягкому» сценарию и пропустить всех четверых – на конечном результате это никак не сказалось бы, зато произвело бы впечатление естественности развития событий. Но вариант был выбран жесткий, максимально надежный. В итоге расклад получился следующим: Аверьянов взял 2 голоса, Сергеев – 3, Самофеев – 7, Цветов – 8. Из 8 возможных. Что касается моего рейтинга, уверен, на нем сказалось тестирование по «боевой и политической подготовке» – для чего оно, собственно, и было затеяно.

– Если вы знали о подвохе, почему позволили себя подловить?

– Никакой это не подвох, и никто меня не подлавливал. Система должна понимать, из каких элементов она состоит. Рано или поздно мое отношение к происходящему дало бы о себе знать. Кроме того, комиссии было, видимо, интересно, захочу ли я уйти от неудобных вопросов или полезу на рожон. Это тоже важная часть экзамена. А я готов стать главой только при одном условии – если это буду я. Не слепленный с меня образ, причесанный и разнаряженный, а я. Со всеми своими взглядами, сомнениями и убеждениями (хотя, понимаю, без компромиссов здесь не обойтись). Только в этом случае у меня что-то получится.

– Что происходило на заключительном этапе – в Думе? Как прошло голосование?

– Обсуждения крутились вокруг одного: мы вам голосуем за В. Цветова, а за это Росатом уделяет нам максимальное – финансовое, лоббистское, прочее – внимание. Эдакий гешефт. Баш на баш. Сильно сомневаюсь, что сделка состоится и госкорпорация завтра станет делать больше того, что делает сегодня (даже несмотря на то, что Дума взятые на себя обязательства выполнила). Поэтому те, кто в своем выборе уповал на этот критерий, думаю, ошиблись. Тем не менее, В. Цветов является оптимальной фигурой в глазах Росатома. А значит, взаимоотношения Новоуральска с Москвой обещают быть бесконфликтными. Что немаловажно.

И, наконец, голосование. Тут все прошло как по нотам. Чуда в очередной раз не случилось – случился триумф единодушия и сплоченности. При одном воздерживающемся. Голосовали за номинантов раздельно, и отдать голос можно было каждому из них. Поэтому обескуражило то, что за А. Самофеева не проголосовал никто. Даже те депутаты, кто, будучи в составе конкурсной комиссии, обеспечивал ему проходной балл. Эх… И тут я понял, как мне повезло, что с дистанции меня сошли еще до Думы.

Наша городская газета, 2019 novouralsk.su





Нравится


Комментарии

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Комментарии ВКонтакте